Поиски виновника эпидемий гриппа

То, что грипп представляет собой заразное заболевание, предполагали давно. Еще в русских летописях грипп образно называли костоломом («кости хрустят, суставы трещат») и относили его к поветриям или моровым язвам.

Естественно, что в бактериологическую эру начались поиски и бактерий гриппа. Они особенно усилились после жесткой пандемии 1889—1891 годов. Именно тогда русскому врачу М. И. Афанасьеву и немецкому бактериологу Пфейфферу удалось обнаружить в носоглоточной слизи больных гриппом своеобразный микроорганизм, получивший в последующем наименование палочки Афанасьева-Пфейффера. Ее называли также гемофильной палочкой, поскольку она размножалась только в присутствии крови в бульоне или на твердых питательных средах.

С тех пор на протяжении почти полувека во всех учебниках микробиологии, эпидемиологии и инфекционных болезней описание гриппа начиналось с характеристики этой бактерии как возбудителя болезни. Но это оказалось одним из самых длительно продолжающихся заблуждений микробиологии.

И это понятно, ибо до эры электронного микроскопа, построенного в 30-40-х годах XX века, вирусы оставались загадочными невидимками, тогда как бактерии мог увидеть каждый в обычный световой микроскоп (известный еще со времен Петра I, который познакомился с линзами Левенгука в Голландии).

Тем не менее попытки развенчать гемофильную палочку были начаты еще до открытия вируса гриппа. В частности, отмечалось, что она выделяется далеко не от всех больных гриппом и не вызывает при экспериментальном заражении характерных симптомов этой болезни.

Однако до начала XX века не было других претендентов на роль возбудителя гриппа.

Тяжелейшая пандемия 1918 года дала новый толчок к изучению гриппа. Тогда уже был известен один из основных и достаточно надежных способов разделения вирусов от бактерий — фильтрация их через специальные мелкопористые фильтры — каолиновые свечи Шамберлана. Известный немецкий микробиолог Крузе и его ученики попытались доказать вирусную природу гриппа. Одному из наиболее настойчивых его учеников X. Зельтеру «повезло»: он заболел типичной формой гриппа после того, как заразил себя фильтратом носоглоточного смыва гриппозного больного.

Многие микробиологи пытались повторить подобный эксперимент на себе, но к тому времени эпидемия закончилась, и их опыты по самозаражению смывами от больных, которых они принимали за гриппозных, как правило, были безрезультатны. Подтверждение вирусной природы гриппа пришло совсем с другой стороны. Американский ветеринар Шоуп получил задание изучить массовые заболевания свиней (эти заболевания называли «свиным гриппом»). Во время одной из крупных эпизоотий ему удалось отфильтровать болезнетворный агент, который при экспериментальном заражении поросят вызывал у них типичное заболевание гриппом. Ветеринар пошел дальше и решил выяснить пути циркуляции вируса в природе. По его мнению, вирус свиней, поражая легкие животных, одновре-менно заражает паразитирующих в них глистов, а затем с их яйцами попадает в почву, где заглатывается дождевыми червями. Свиньи, роясь в земле, поедают этих червей и снова заражаются гриппом.

Не будем обсуждать достоинства и недостатки этой гипотезы. Отметим только, что заслуга Шоупа не ограничивается выделением вируса гриппа свиней. Он впервые показал возможность заражения гриппом животных, чем немедленно воспользовались другие ученые.